ДНИ ПАМЯТИ

от Фев 10, 2024

Наум Коржавин

Смерть Пушкина

Сначала не в одной груди
Желанья мстить еще бурлили,
Но прозревали: навредит!
И, образумившись, не мстили.
Летели кони, будто вихрь,
В копытном цокоте: «надейся!..»
То о красавицах своих
Мечтали пьяные гвардейцы…
Все — как обычно… Но в тиши
Прадедовского кабинета
Ломаются карандаши
У сумасшедшего корнета.
Он очумел. Он морщит лоб,
Шепча слова… А трактом Псковским
Уносят кони черный гроб
Навеки спрятать в Святогорском.
Пусть неусыпный бабкин глаз
Следит за офицером пылким,
Стихи загонят на Кавказ —
И это будет мягкой ссылкой.
А прочих жизнь манит, зовет.
Балы, шампанское, пирушки…
И наплевать, что не живет, —
Как жил вчера — на Мойке Пушкин.
И будто не был он убит.
Скакали пьяные гвардейцы,
И в частом цокоте копыт
Им также слышалось: «надейся!..»
И лишь в далеких рудниках
При этой вести, бросив дело,
Рванулись руки…
И слегка
Кандальным звоном зазвенело.

1944 г.

ЛИПЕЦКАЯ ОБЛАСТЬ

 

Мы представляем события и материалы Дня Памяти А.С. Пушкина

10 февраля 

ДЕНЬ ГИБЕЛИ ПОЭТА

1

Пушкина

Черная речка
 Павел Антокольский

Все прошло, пролетело, пропало.
Отзвонила дурная молва.
На снега Черной речки упала
Запрокинутая голова.
Смерть явилась и медлит до срока,
Будто мертвой водою поит.
А Россия широко и строго
На посту по-солдатски стоит.
В ледяной петербургской пустыне,
На ветру, на юру площадей
В карауле почетном застыли
Изваянья понурых людей —
Мужики, офицеры, студенты,
Стихотворцы, торговцы, князья:
Свечи, факелы, черные ленты,
Говор, давка, пробиться нельзя.
Над Невой, и над Невским, и дальше,
За грядой колоннад и аркад,
Ни смятенья, ни страха, ни фальши —
Только алого солнца закат.
Погоди! Он еще окровавит
Императорский штаб и дворец,
Отпеванье по-своему справит
И хоругви расплавит в багрец.
Но хоругви и свечи померкли,
Скрылось солнце за краем земли.
В ту же ночь на Конюшенной церкви
Неприкаянный прах увезли.
Длинный ящик прикручен к полозьям,
И оплакан метелью навзрыд,
И опущен, и стукнулся оземь,
И в земле святогорской зарыт.
В страшном городе, в горнице тесной,
В ту же ночь или, может, не в ту
Встал гвардеец-гусар неизвестный
И допрашивает темноту.
Взыскан смолоду гневом монаршим,
Он как демон над веком парит
И с почившим, как с демоном старшим,
Как звезда со звездой, говорит.
Впереди ни пощады, ни льготы,
Только бури одной благодать.
И четыре отсчитаны года.
До — бессмертья — рукою подать.
1959
Советская поэзия. В 2-х томах. Библиотека всемирной литературы. Серия третья. Редакторы А.Краковская, Ю.Розенблюм. Москва: Художественная литература, 1977.

ПАМЯТЬ МЕСТА

Всероссийский музей А.С. Пушкина

Петр Михайлович Желтоух

Петр Михайлович Желтоух (прозвище Чермной) был сыном Михаила Евстафьевича Пушкина – одного из тех, кто в 1613 году подписался под грамотой об избрании на российский престол Михаила Федоровича Романова. О нем говорит поэт в «Моей родословной» (1830):
Когда Романовых на царство
Звал в грамоте своей народ,
Мы к оной руку приложили…
Дата рождения Желтоуха не установлена. Из «Переписной книги города Москвы» за 1638 год, на которую ссылаются Б.Л.Модзалевский и М.В.Муравьев, видно, что в 1636 году он стольник, а в 1638 году «с людьми отца будет на службе». Следующая веха его карьеры – полковой воевода в Переяславле Рязанском, «у засеки», а уж затем – в городе Козлове. Умер Желтоух в 1684 году. Погребен в Чудовом монастыре.
В истории нашего края Пушкин-Желтоух оставил заметный след.